Экзамен первокурсницы  - Анна Сокол

– Разрешите вопрос? – будто нехотя подняла руку герцогиня и, дождавшись поощрительного кивка миссис Тилон, продолжила: – Я слышала, что род Муньеров Сьерра был истреблен жрицами? Это правда?

– Я не жрица, – невозмутимо ответила моя бывшая гувернантка.

– И все же? – не сдавалась Дженнет.

– Вам ли не знать, леди Альвон Трид, как губительны для репутации слухи, особенно если они основаны хоть на капле правды.

– То есть у жриц был повод ненавидеть герцогов Сьерра? – подался вперед любопытный Жоэл.

– Что у вас по истории и геральдике, мистер Рит? – в свою очередь спросила его Кларисса Тилон.

– Ну… – Рыцарь красноречиво покраснел.

– Ясно, – ответила гувернантка таким тоном, что даже я поняла, что в жизни рыжего парня грядут испытания. – У жриц были основания не доверять роду Муньеров Сьерра.

– Но почему? – не выдержала Мэри и тут же извинилась: – Прошу прощения, миссис Тилон.

Удивительно, но моя бывшая гувернантка не стала наказывать дочь аптекаря.

– Из-за их магии. И из-за того, что род еще от первого князя получил одну привилегию. – Женщина многозначительно замолчала.

Я подняла руку и, дождавшись разрешающего взмаха, спросила:

– Какую?

– Их разумы и память стали неподвластны жрицам.

– Серьезно? – спросил Этьен, и парни переглянулись. – Совсем? То есть князь запретил их читать и все послушались?

– Не знаю, – грустно ответила Кларисса Тилон. – Не думаю, что именно я должна вам это рассказывать, уверена, магистр Кэррок объяснит не в пример лучше… А то и опровергнет эти старые байки. В любом случае род прекратил свое существование много веков назад. Еще одна реплика без разрешения, мистер Корт, и я оставлю вас на час после занятий.

– А вы уверены, что весь род истреблен? – спросил вдруг Мэрдок и, словно спохватившись, добавил: – Миссис Тилон.

– Я уверена. – Гэли подняла руку с покрасневшими пальцами.

– Когда же мы изживем эту несносную привычку выкрикивать с места и перебивать друг друга? – непонятно у кого спросила моя бывшая гувернантка и кивнула девушке: – Говорите, мисс Миэр.

– Я уверена, потому что все состояние рода Муньеров Сьерра до сих пор лежит в банках. Все их активы, акции, векселя, драгоценности – в камерах хранения. Дома опечатаны, земли сданы в аренду. Капитал работает на капитал, проценты и прибыль начисляются в срок, увеличивая состояние мертвого рода.

– Откуда ты… – начала герцогиня.

– Мне отец рассказывал, – перебила ее подруга, совершенно не боясь наказания учителя. Но Кларисса Тилон промолчала. – Он подавал заявку на управление частью их активов. Век за веком состояние приумножалось, а тратить было некому. А теперь представьте, что произойдет, если в один прекрасный день в Эрнестальский золотой банк войдет потомок Муньеров? Возьмет вексельную книжку, коснется листа, и тот позеленеет, признав его хозяином? Да он в один миг станет богатейшим человеком Аэры!

– Демоны Разлома! – выпалил Вьер, похожий на нахохлившегося от холода воробья.

– Наказание, – сказала миссис Тилон и спрятала пальцы в теплой шали.

– Да ради Дев, – отмахнулся рыцарь. – В один миг стать богачом!

– Между прочим, Феличе Муньер в триста пятом году от образования Разлома вышла замуж за герцога Альвона Трида, – вставила Дженнет. – А я ее прямой потомок.

– Вот-вот, я бы тоже попробовал, чем демоны не шутят, мало ли кого из прародительниц валял на сеновале один из этих полуночных волков…

– Так многие думали, поначалу у клерков отбоя не было от желающих пощупать лист с гербовой печатью, – продолжила рассказывать Гэли. – А потом руководству банка это надоело, и они ввели одно обязательное условие для искателей богатства. Залог. Перед тем как пройти испытание, претендент должен отдать банку в залог свою жизнь. Если вексель ответит – ты будешь баснословно богат, если не отреагирует на твои прикосновения – станешь собственностью банка и наденешь рабский ошейник. Удивительно, но количество соискателей сразу уменьшилось, а потом они и вовсе перестали испытывать удачу.

– Как не посочувствовать бедолагам, – с неожиданной злостью сказал Мэрдок, и в классе на несколько минут воцарилась полная тишина.

Наверняка все взвешивали свои шансы оказаться тем самым Муньером, благо старые роды состояли между собой в родстве. Взвешивали и с сожалением отказывались от этой идеи – рабский ошейник мало кого красит.

– Значит, у жриц была причина уничтожить род, – вернулась к прежней теме герцогиня. Она не стала поднимать руку и с вызовом посмотрела на мою бывшую гувернантку. Та ответила ей ослепительной улыбкой. – По сути, Муньеры могли творить все, что угодно: баловаться запретной магией или плести заговоры против князя, никто бы не узнал.

– Вы преувеличиваете, леди Альвон Трид. Муньеров никогда не было много, а заговоры – вещь масштабная. И напомните мне наложить на вас наказание за вызывающее поведение, как только Академикум вернется на прежний курс.

– Напомню, – процедила Дженнет, поправляя капор.

– Вас это тоже коснется, мистер Гилон. – Женщина посмотрела на Вьера и резюмировала: – Будем считать, что ваше любопытство удовлетворено и с Муньерами на сегодня закончили. Давайте вернемся к девизам.

Мэри дисциплинированно подняла руку в варежке, чем вызвала на бесстрастном лице миссис Тилон улыбку, и, получив поощрительный кивок, спросила:

– А как вообще это происходит? То есть я хотела узнать… – Она вдруг замялась. – Глава рода сам выбирает девиз, или князь…

– Точно, князь, – рассмеялся Вьер, который, видимо, решил не стесняться, раз наказание так и так будет наложено. – Так и вижу, как он говорит Первому Змею: «Ты предашь меня с восьмого на девятый день после зимнего солнцестояния».

– А приказ князя – это закон, – добавил вдруг Крис.

Гэли прыснула в кулак.

– Вы почти угадали, мистер Оуэн. – Миссис Тилон прошла к своему столу. – Но меня никогда не устраивало «почти». Поэтому к следующему занятию вы подготовите доклад о том, как обзавелся девизом… Нет, не совиный род, это было бы слишком просто. Род Орла. – Мэрдок посмотрел на Криса, а Жоэл закашлялся. – Все свободны, кроме вас, мистер Гилон, как и обещала, я проведу для вас индивидуальное занятие и объясню, почему не стоит перебивать кого бы то ни было. – Вьер не просто уткнулся в книгу, он со стоном упал на нее.

Я вышла на улицу, на ходу застегивая куртку, и остановилась в ожидании Гэли. Снегопад прекратился, зато поднялся резкий пронизывающий ветер, который иногда завывал в пустых арочных проходах и гремел флюгерами на крышах зданий.

– Мисс, – поприветствовал меня один из рыцарей и, спустившись с крыльца, поднял воротник.

Перед учебными башнями Магиуса было на удивление пустынно: слушать, как воет ветер, предпочтительнее в тепле спален и гостиных.